Преемник Дональда Трампа

05.06.2021 | | 86

Преемник Дональда Трампа

Несмотря на тотальный разгром от демократов в прошлом сезоне, республиканцы не собираются сдаваться и рассчитывают вернуться к власти. У них есть козырь – сильный кандидат, чья популярность в среде консерваторов уступает только популярности его «отца и учителя» — Дональда Трампа. Это Рон Десантис — новая «звезда» американской политики. Об этом пишет газета «Взгляд».

В рейтинг издания «The Hill», гадающем на фамилиях возможных преемников Дональда Трампа, вошли девять человек. Из них хорошо знакомы трое: Майк Пенс, Никки Хейли и Майк Помпео, то есть вице-президент, постпред США в ООН и госсекретарь в администрации Трампа. Все они расположились в первой пятерке и представляют разные течения внутри Республиканской партии. Майк Пенс – религиозных американцев, Майк Помпео – «движение чаепития» — то есть консерваторы, отстаивающие традиционное для Америки понимание свободы в экономике и обществе, а Никки Хейли с некоторой натяжкой можно назвать последовательницей «трампизма» с его популизмом, изоляционизмом и альтрайтами.

Есть в списке и неоконы – то худшее, что есть в рядах «слонов» из-за их любви к войнам и идее глобального доминирования Америки. Пережив политическое банкротство одновременно с администрацией Джорджа Буша – младшего, эта «гидра империализма вновь поднимает голову». Есть сенатор Тим Скотт, как бы иллюстрирующий идею политтехнологов о том, что республиканцы теперь смогут избрать в Белый дом только чернокожего кандидата. Есть, помимо Никки Хейли, еще одна женщина – губернатор Южной Дакоты Кристи Ноэм, успешный, но малоизвестный из-за работы в глуши политический менеджер. Она на третьем месте.

А вот фамилия человека на первом месте ни у кого в США вопросов не вызовет. Это губернатор Флориды Рон Десантис. Сейчас в Америке — это настоящая «звезда» и, как представляется почти всем, наиболее вероятный кандидат на пост президента от республиканцев в 2024 году. Конечно, если на реванш не решится сам Дональд Трамп – по-прежнему самый рейтинговый человек в партии, пообещавший хранить интригу о своем выдвижении до следующего года и промежуточных выборов в Конгресс.

Рон Десантис по популярности в среде партийных активистов пока что на втором месте. Он во всем последовательный «трампист», поддерживавший президента в наиболее трудные минуты – и во время «рашагейта» и после поражения на выборах. Рон Десантис был одним из тех, кто призывал президента Трампа не сдаваться и бороться до конца.

Нельзя сказать, что популярность Рона Десантиса зиждется именно на этом, но это оно из слагаемых его успеха. Трамповскую модель консерватизма-популизма восприняли очень многие избиратели, включая тех, кто прежде вообще не ходил на выборы и кого республиканцы теперь очень боятся потерять как электорат. А Десантис – эо почти как Трамп, но гораздо моложе и с приемлемой прической.

Другое слагаемое – идеальная, «с иголочки», биография честного гражданина, доброго семьянина и бравого патриота. Учил историю в Йеле, с отличием окончил школу права в Гарварде — то есть старейший факультет старейшего ВУЗа США, преподавал в школе, служил в ВМС, в том числе полгода – в Ираке, имеет награды, отлично играет в бейсбол, женат, трое детей, верующий католик — предки – итальянцы.

В 35 лет Рон Десантис стал конгрессменом от Флориды, в 40 – самым молодым губернатором Америки. Причем очень хорошим губернатором, совместившим управленческую эффективность с претензией на роль политического идеолога. В отдельные периоды его рейтинг одобрения зашкаливал за 70%, при том, что Флорида – эталонный «колеблющийся» штат, где ни у одной партии нет очевидного преимущества. Точнее, не было – до Десантиса. Сейчас за этот штат «слонам» можно не волноваться, при этом волноваться за него нужно всегда: Флорида третья по населению, и без ее «выборщиков» кандидату-республиканцу почти нереально победить на президентских выборах.

Рон Десантис превратил родную Флориду в некий «полуостров нормальности» – спокойный среди бурь и войн, что проходят под флагами BLM, антифа, «кенселинга» и Греты Тунберг.

«Нормальность», в отличие от «новой нормальности» либеральных кампусов и руководства социальных сетей – это когда ты не отвергаешь новые веяния, но требуешь от их последователей видеть границы. Когда слышишь чужое мнение, но не даешь сесть себе на шею.

Например, Рон Десантис не осуждает трансгендеров, но запретил студентам-мужчинам заниматься спортом для женщин в колледжах. Казалось бы, пустяк, но в рамках новой идеологии демократов это была нерешаемая проблема, когда, например, вчерашний мужчина за счет физического развития становится чемпионом в женской лиге и, соответственно, претендует на «женскую» спортивную стипендию. Все понимали, что это почти надувательство, но признать это не позволяла слепая политкорректность.

Таких примеров «возвращения к норме» во Флориде множество. Рон Десантис не отрицает глобального потепления, но блокирует все «зеленые» инициативы, для которых нужно повышать налоги. Не славит конфедератов, но охраняет памятники им как часть исторической архитектуры. Не использует «хейт-спичи», но дал пользователям соцсетей законодательную возможность оспаривать блокировку у глобальных корпораций. Выступает против рекреационного использования марихуаны, но не против медицинского. Признает необходимость пособия по безработице, но выплачивает его только тем, кто честно ищет работу. Он бросил вызов многим леволиберальным трендам в политике, не скатившись при этом в ретроградство.

Однако с радикалами из антифа и BLM Рон Десантис на компромиссы не идет – и те его искренне ненавидят. Губернатор не только запретил преподавать «критическую расовую теорию» в школах — то есть (концепция, в рамках которой история страны подается как история угнетения), но и серьезно ужесточил наказание для «протестувальников» – вплоть до того, что водителям теперь разрешено сбивать мародеров и погромщиков, а добровольные спонсоры радикальных группировок пойдут под суд как участники коррупционной схемы (аналогичные законы используются против мафии).

Это еще одна сильная сторона губернатора: будучи юристом, он облекает свои взгляды в конкретные законопроекты. Зачастую они несут идеологическую нагрузку и, не имея прямого отношения к проблемам Флориды, как бы подают пример другим республиканским штатам. Так, Рон Десантис запретил на своей территории так называемые города-убежища, где местной полиции запрещено привлекать нелегалов к ответственности за нарушение миграционного законодательства, хотя во Флориде таких «городов-убежищ» вообще не было, это история про другие регионы Америки.

А наиболее блестящим образом Рон Десантис проявил себя в пандемию, на которую пришлась большая часть его губернаторства. Он не стал вводить во Флориде режим ЧС, был крайне осторожен в плане ограничений и раньше всех в стране снял запреты на работу для бизнеса – еще в сентябре 2020 года, после чего провозгласил свою вотчину «оазисом свободы».

Рон Десантис сильно рисковал. Поначалу запуганное население стало отказывать «ковид-диссиденту» в поддержке, но потом экономика штата рванула вверх вместе с рейтингом губернатора, а «эпидемические» KPI по части заболеваемости и смертности остались на вполне приемлемом уровне за счет того, что минимализм в ограничениях компенсировался поддержкой здравоохранения.

Из этого, разумеется, не следует, что Рон Десантис сведущ в вирусологии и одним из первых в США понял про коронавирус то, что в Европе изначально понимали только шведы. Ему в какой-то степени повезло, а чрезвычайная ситуация помогла проявить свой талант управленца и, опять же, идеолога. Рон Десантис не спорил с опасностью вируса, но подчеркивал, что не может нарушать базовые права и свободы граждан под гнетом международной истерики. Возможно, пандемия не лучший повод для правовой принципиальности, но в то же время она указывает на предсказуемость и твердость убеждений конкретного политика.

Такое особенно ценят пожилые американцы, которых во Флориде очень много. Там нередко покупают жилье бывшие северяне, чтобы провести остаток жизни в тепле у океана. Для них же в силу возраста крайне важна та самая «нормальность», которую демонстрирует Рон Десантис в слишком резко меняющейся Америке. Поэтому они – его преданные избиратели, а сам губернатор кто-то вроде любящего внука, который никогда не забудет навестить бабушку в доме престарелых под Сент-Питерсбергом (да, есть во Флориде и такой город, причем немаленький – с 250-тысячным населением).

Либеральные СМИ, видя в Роне Десантисе политическую угрозу национального масштаба, пытаются ругать его даже за это – за имидж любящего внука. Например, на полном серьезе обсуждалась «теория заговора», по которой вакцинация во Флориде началась с пенсионеров (то есть с наиболее уязвимой для COVID-19 группы населения) именно из-за того, что они – избиратели Рона Десантиса.

По мере приближения к выборам травля губернатора со стороны «прогрессивной общественности» будет все изощреннее, и мы наверняка узнаем о нем много нового. Пока же Рону Десантису удается «не подставляться», щит из популярности, экономических успехов штата и все той же «нормальности» защищает его от многих атак, но испытания предстоят тяжелые, а одно из них уже на подходе.

Дело в том, что резидентом Флориды сейчас является Дональд Трамп, а в Нью-Йорке тем временем идет уголовное расследование нарушений в его компаниях. Если по итогам расследования в Нью-Йорке выпишут ордер на арест Трампа, то Десантис как губернатор будет вправе не выдавать его следствию до суда. Наверняка он этим правом воспользуется. Другого выхода у него просто нет. Иначе «лучший из трампистов» превратится в предателя.

Это же наконец-то даст либералам повод поносить Рона Десантиса, как «укрывателя коррупционера, диктатора, фашиста, оранжевого чудовища», в общем, самого ненавидимого всеми ультраглобалистами и левыми либералами человека в США.

План кажется простым и эффективным, следовательно, наверняка будет реализован. Помешать ему может только то обстоятельство, что рейтинг доверия американцев к мейнстримным СМИ, в отличие от рейтинга Рона Десантиса, падает по всей стране. Понимание того, что т.н. «глубинное государство» и его клиентелла сделали ложь нормой публичной политики, затронуло не один только «оазис свободы» – Флориду.